По адресу регистрации он не проживает, хотя копии процессуальных решений ему отправляются по известному адресу. Вообще не удивительно, что не могут найти, будет удивительно, если найдут. А подробности я не могу комментироватьP это относится к ходу следствия,P вежливо отрезает Войтов.
Неужели не могут найти?
Предварительный срокP шесть месяцев с момента возбуждения дела. Мы либо в него укладываемся, либо продлеваем. Может быть, в отношении Мавроди как раз нужно будет продлитьP там загвоздка в том, что он пока так фактически и не обнаружен розыском.
Сколько времени должно пройти до того, как мы сможем наблюдать результаты работы по делу?
Ну почему зыбкая, у нас уже однажды возбуждалось уголовное дело по такой статье в отношении бывшего главы района и, кстати, нормально расследовалось. Это же только кажется сложнымP но тут человек способствует преступлению как и везде. ВPнашем случае, по версии обвинения, дает советы, указания. Мы не вдаемся в детали, как это происходит по всей России, мы судим по нашему Колыванскому району. И приходим к выводу, что Мавроди здесь не руководит совершением преступления, а помогает его совершить. Устанавливает правила, ссылаясь на которые главный обвиняемый по делуP Алексей АстафьевP собирает деньги с граждан. И сам имеет за это свою малую мзду.
Вы возбудили дело против Мавроди по статье «Пособничество в незаконном предпринимательстве». Не думаете, что это очень зыбкая статья?
Главный повод нашего пребывания здесьP дело против Сергея Мавроди, которое сегодня в работе у следователей. С него и начинаемP благо, что на вопросы Алексей Войтов готов отвечать еще до того, как мы дошли до его стола.
КолываньP город с некогда бурным купеческим прошлым, ныне разжалованный до рабочего поселка, де-фактоP отдаленного пригорода Новосибирска. Среди попеременно крепкого частного сектора действительно стоит четырехэтажная цитадельP но не добра, а «правоохранения». В одном месте здесь собраны районные отдел внутренних дел, следственное управление и прокуратура. Кабинет районного прокурора на третьем этаже, и дверь туда не сразу найдешь среди столов и многотомных дел в полутемном коридоре. Хотя она открыта значит, перед входом не нужно стучаться и откашливаться. Да и сам прокурор сидит не «на том конце кабинета»P его обитель скромна, но, как говорит он сам, функциональна.
Фото: Виталий Волобуев
Полицейские, следователи и прокуроры работают в Колывани в одном здании
Понятно, что от человека, который возбудил эти дела, первого и единственного в России такого прокурора, нужно ждать чего-то особенного. Да и профессиональная биография Алексея Войтова этому, кажется, вполне способствует. Работал школьным учителем английского языка, в конце 1990-х перешел на работу в прокуратуру. С тех пор ежегодно дает публике повод для размышлений, инициируя резонансные дела. Да и на месте самой районной прокуратуры, которая выступила против целой МММ, хочется видеть по меньшей мере цитадель добра. Но в реальности все скромнее.
И ее можно было понять. Если быть предельно прямолинейным в суждениях, то вполне можно откреститься тем, что законодательства о финансовых пирамидах в России не существует. А оттого и взять с Мавроди и его тысячников-сотников-десятников, в общем-то, нечего. Правда, то тут, то там возникали уголовные дела против ячеек МММ 2011, но они были все больше без конкретного обвиняемого. Как при квартирной кражеP понятно, что квартиру обокрали, но виновные пока не установлены. Это и отличает колыванский случай с МММ: дело было возбуждено против конкретного сотникаP Алексея Астафьева, которому, по версии следствия, помогал конкретный Сергей Мавроди. Соответственно один, по версии следствия, занимался незаконным предпринимательством, а второй этому способствовал.
Строго говоря, МММ нового призыва рассыпалась бы в мае-июне и без вмешательства каких бы то ни было правоохранительных органовP об этом уже весной говорили российские экономисты. Расчет был прост: в определенный момент закончится поток людей, желающих внести деньги в пирамиду, из-за чего возникнет кризис с выплатами уже числящимся в МММ вкладчиков. И этот момент наступил ровно тогда, когда он должен был наступить. Но пока плакаты с эффектным и изрядно подретушированным портретом Сергея Мавроди со стремительной скоростью распространялись по российским городам, а сам Пантелеич с завидной регулярностью публиковал в Интернете душеспасительные для вкладчиков МММ лозунги, правоохранительная система фактически безмолвствовала.
«Это человек вообще? У него человеческое что-то есть? Нет, он ради того, чтобы заработать лишнюю звездочку, готов на все, готов идти по головам. Скучно ему там, захотелось новых горизонтов»,P гнусаво негодовал с экранов компьютеров основатель МММ 2011 Сергей Мавроди в середине мая, находясь в неизвестном помещении в своей фирменной позе с закинутой на затылок правой рукой. Тогда заинтересованным и сочувствующим россиянам стало известно, что в далеком сибирском поселке Колывань против Мавроди возбудили уголовное дело, обвиняя его в пособничестве в незаконном предпринимательстве. С этого момента сугубо местная история стала, как принято говорить, «известна далеко за пределами района». А сам Мавроди месяцем позже назвал дело колыванского прокурора одной из причин крушения МММ 2011.
Прокурор Колыванского района Новосибирской области Алексей Войтов является, пожалуй, главным региональным поставщиком таких ярких дел. По его воле, основанной всего-то на соблюдении законности, под Колыванью останавливались танки военного реконструктора Веревочкина, Законодательное собрание региона вносило поправки в региональный бюджет для лечения ребенка с синдромом Хантера, перевозчики снижали цену на проезд до Новосибирска, а давно обанкротившиеся предприятия выплачивали задолженность по зарплате. Поэтому не удивительно, что первое и пока единственное в России дело против основателя очередной финансовой пирамиды МММ Сергея Мавроди было возбуждено также по его требованию. Из Войтова старательно пытаются слепить какой-либо образP в зависимости от идеологических предпочтений: либо «народного заступника», либо «фанатика, готового поступиться интересами людей ради закона». Но кажется, это тот случай, когда название должности не требует пояснений: он прокурор.
Возможно, это объясняется тем, что в рутине прокуратуры не бывает особенно эффектных моментов, а «работу с бумагами» за полноценную деятельность массовый потребитель всерьез не воспринимает. Хотя кажется, серьезнее «бумаг», чем законы, и нет, а незаметная кропотливая работа порой оборачивается будоражащими общественность делами. Тогда люди вдруг замечают человека с синими погонами и принимаются выяснять,Pчьи интересы он защищает: свои, чужие или государственные. Последний вариант в общественном сознании так обычно и стоитP последним по приоритетности и почти невероятным.
Пока на экранах телевизоров следователи «с пристрастием» допрашивают очередного негодяя, а полицейские из последних сил сопротивляются коррупции, прокуратура остается, пожалуй, единственным правоохранительным органом, которому советский и российский агитпроп не создал устойчивого образа. Здесь так и не появилось своих глебов жегловых, а самое известное упоминание прокурора в отечественном кинематографе проходит как бы вскользь: «Либо я ее веду в загс, либо она меняP к прокурору».
Репортаж о том, почему соблюдение закона может удивлять, и о человеке, для которого такое удивление повседневная работа
Фото: Виталий Волобуев
Прокурор Колыванского района Новосибирской области Алексей Войтов постоянно инициирует резонансные дела
Комментариев нет:
Отправить комментарий